Школьные учебники физики десятилетиями пугают нас мифом о роте солдат, разрушающей мост синхронным строевым шагом. На самом деле никакая пехота физически не способна обрушить капитальный пролет, а легенда о резонансе была придумана, чтобы скрыть инженерные браки и халатность подрядчиков. Разбираемся, почему законы физики работают иначе и как на самом деле мосты раскачивают обычные прохожие.
Рынок домашней диагностики растет вместе с нашей тревожностью, обещая превратить ванную в полноценную лабораторию. Мы разобрались, почему популярные тест-полоски, кетонометры и домашние тесты на менопаузу выдают ошибки под видом точных данных и лишь дарят ложные поводы понервничать.
Привычное бытовое деление материалов на металл, камень и пластик — это лишь сенсорная иллюзия, которая ломается на первой же алюминиевой кастрюле. Разбираемся, почему магнит липнет далеко не ко всем металлам, как на самом деле работают химические связи и почему материаловеды давно классифицируют вещества по поведению электронов, а не «на глаз».
История первых ноутбуков — это путь от секретного магниевого чемоданчика за восемь тысяч долларов до доступных портативных машин и советских клонов. Текст развенчивает хрестоматийный миф об «эффекте Осборна» и показывает, почему рынок всегда запоминает не самую красивую форму, а самую правильную цену.
Практика показывает, что создать абсолютно защищенную информационную систему невозможно: уязвимости находят даже в самых продвинутых периметрах. В этом тексте мы объясняем, почему на смену концепции абсолютной защиты пришла киберустойчивость, и разбираем технические подходы — от Security by Design до автоматизации реагирования, — которые помогают инфраструктуре выживать и быстро восстанавливаться после целенаправленных атак.
Ежегодные результаты норвежского зимнего теста электромобилей вызывают панику из-за потери запаса хода. На самом деле батарея на морозе не «ломается» — машина просто честно выставляет счет за тепло в салоне, за которое раньше неявно платили расходом бензина. Разбираемся в физике и маркетинге зимних потерь, чтобы понять, почему норвежцы массово покупают электрокары и не боятся холодов.
Пересадка кишечных бактерий от худых доноров ради похудения без диет звучит как сюжет для маркетологов, но наука проверяет её всерьёз. Клинические испытания показывают, что чужая микробиота реально приживается на годы, однако не делает человека стройным — зато способна снижать кардиометаболические риски. Разбираемся, почему волшебной таблетки от ожирения пока не вышло и в чём на самом деле польза этой процедуры.
Двадцать лет назад молекулярный водород стал научной сенсацией, а сегодня это основа для продажи дорогой «живой воды». Разбираемся, как легитимная медицинская гипотеза превратилась в маркетинговый продукт с нулевой дозировкой, почему отрицательный ОВП ничего не доказывает и как обычная капуста заменяет водородные генераторы.
Американский подросток несколько лет наполнял шотландскую Википедию выдуманными статьями, не зная языка, но создавая видимость бурного развития раздела. Этот текст о том, как такой курьез перерос в индустриальную проблему: теперь на этих и подобных им фальшивках обучаются нейросети, запуская спираль уничтожения малых языков в интернете. Только ли языков?
Семьдесят лет проблему ядерных отходов называли нерешаемой, но в Финляндии готов к запуску первый в мире могильник отработавшего топлива. Рассказываем, как медь, глина, гранит и политическая воля решили главную головную боль атомной энергетики — и почему теперь всему миру придётся равняться на финский опыт.
