Я люблю бегать.

Даже так: Я ЛЮБЛЮ БЕГАТЬ!

При этом если я выхожу бежать, то очень очень редко я пробегаю меньше 10 км за один раз. Мне нравится и процесс и результат.

Я обязательно напишу как начал и как рекомендую начинать, но сегодня есть повод написать при самый, на мой взгляд, безумный вид бега - backyard ultra.

Backyard ultra придумал Гэри “Lazarus Lake” Кантрелл - безумный автор другой ультрагонки, которую завершили всего 26 финишеров с 1995 по 2025 год.

Идея очень простая: один раз в час со стартовой линии выбегают все участники соревнований. Пробежать за час нужно ровно один круг длиной 6706 метров. Соревнующиеся могут бежать очень быстро и прибежать за условные 20 минут, а потом 40 минут отдыхать. Или можно разложиться на весь час и неторопливо плюхать 59 минут, но важно одно: вместе с новым гудком через час - снова старт и снова эти самые 6,7 км. Забег продолжается пока не останется один. И этот один должен пробежать еще круг уже в одиночку.

Мировые рекорды на сегодня:

  • Фил Гор из австралии пробежал 119 кругов (798 км) в июне 2025 года.
  • Сара Перри из Великобритании держит женский мировой рекорд в 95 кругов (637 км), также установленный в 2025 году.

Я же вспомнил именно сегодня потому что наблюдал в телеграм канале забега в Йошкар-Оле развязку забега, который начался 7 марта 2026 года. На 83 круг убежал один спортсмен под 15 номером Шарков Вадим.

Я много слышал, читал и видел об этом виде забегов, но считаю их одним из самых безумных способов провести время и на сегодня не готов даже рассматривать для себя этот вид удовольствия. Backyard ultra вызывает у меня жесткую ассоциацию с «Долгой прогулкой» Стивена Кинга. Оба явления вырывают человека из привычной спортивной (или жизненной) парадигмы, где есть финишная черта, и бросают в пространство «неизвестной бесконечности».
ChatGPT Image Mar 10, 2026 at 11_14_31 PM.png

Финиш как мираж

В обычном марафоне финиш — это спасение. Ты можешь рассчитать силы: «осталось 10 км, я потерплю». В Backyard и в «Долгой прогулке» финиша не существует как точки в пространстве. Он существует только как психофизический предел человека, идущего/бегущего рядом.

Это меняет химию страха. В «Долгой прогулке» мальчики сходят с ума не от дистанции, а от того, что дорога уходит за горизонт, и завтра она будет там же. В бэкярде каждый новый круг — это возвращение в ту же точку, «День сурка» на стероидах. Неизвестность момента окончания лишает тебя возможности планировать финишный рывок. Ты должен бежать в темпе, который теоретически может длиться вечно.

Парадокс «Соперника-Спасителя»

В бэкярде: Чтобы пробежать 100 кругов, тебе нужен кто-то, кто пробежит 99. Твой злейший конкурент — это твой единственный союзник. Если он сдастся на 50-м круге, ты не станешь великим чемпионом, ты просто станешь «победителем с результатом 51». Ты буквально молишься на то, чтобы твой соперник был сильным.

В «Долгой прогулке»: Гэррати и Стэббинс нуждаются друг в друге, чтобы продолжать идти. Смерть каждого идущего рядом приближает финал, но она же лишает прогулку смысла и темпа. Как только ты остаешься один — игра окончена.

Это «соревновательное сотрудничество». Ты должен подстегивать врага, чтобы он не давал тебе остановиться. Ты зависишь от воли другого человека больше, чем от своей собственной.

Смерть амбиций и переход к выживанию

В книге Кинга герои начинают с мыслями о Призе, о славе, о будущем. Но через сотни миль всё это стирается. Остается только следующий шаг. В Backyard происходит то же самое. Первые 12 часов — это спорт. Вторые 24 часа — это стратегия. Всё, что после — это чистая метафизика. Когда ты не знаешь, сколько еще (час или трое суток), мозг отключает категорию «будущего». Ты превращаешься в биологический автомат. Именно здесь сходство с персонажами Кинга становится максимальным: они переставали быть личностями и становились просто «ногами, которые движутся».

Психологическая ловушка «Ассиста» (The Assist)

В мире Backyard есть термин «Assist» — человек, занявший второе место. По сути, он и определяет масштаб подвига победителя.

  • Если ты победил, потому что второй сломался на 20-м круге — ты просто «ок».
  • Если ты победил, потому что второй пробежал 80 кругов — ты легенда.

В «Долгой прогулке» Стэббинс выступал в роли такого вечного «ассиста». Он был тем фундаментом, об который разбивались остальные. Трагедия в том, что в этой системе рекорд принадлежит двоим, но достается одному. Один получает «Приз» (или жизнь), а второй — технический DNF (Did Not Finish).

Горизонт событий

Кинг описывает, как мир сужается до ширины дороги. В бэкярде мир сужается до 6.7 километров и 60 минут.

Главный ужас (и драйв) обоих процессов в том, что ты не можешь «отмучиться» быстрее. В марафоне ты можешь прибавить ходу и оказаться дома пораньше. В бэкярде и Прогулке ты не можешь ускорить финал. Ты можешь только замедлить его, если ты силен, или приблизить, если ты сдаешься.

Backyard Ultra — это легальная и добровольная версия «Долгой прогулки».

Это соревнование, где победа — это побочный эффект чужого поражения. Ты не выигрываешь у дистанции (она бесконечна), ты не выигрываешь у времени (оно циклично). Ты просто остаешься последним свидетелем того, как сломался человек, который помогал тебе строить твой рекорд.

Это высшая форма экзистенциального спорта: ты нуждаешься в ком-то, кого ты обязан победить, и ты должен желать ему «здоровья и долголетия» на трассе, чтобы самому достичь своего предела.


179

Комментарии (0)

Читайте также:

Независимость или заимствования - где баланс

История Римской империи, Японии и России доказывает, что успешные цивилизации всегда развивались за счет заимствования чужих идей и технологий. Автор разбирает, почему попытки уйти в изоляцию и опираться исключительно на собственные силы исторически приводят к деградации. Текст объясняет, как России в эпоху технологического суверенитета сохранить баланс между импортозамещением и мировым опытом, чтобы избежать катастрофического отставания.

Дешевый ветер и дорогие матросы: почему «золотой век паруса» был не романтикой, а смертельной экономией

Этот текст разрушает романтичный образ «золотого века паруса» и доказывает, что парусники доминировали не из-за гармонии с природой, а из-за банальной дешевизны человеческой жизни. Пока нанять матроса было выгоднее, чем покупать дорогой уголь, судовладельцы выжимали максимум из бесплатного ветра. Океанские рейсы превращались в смертельную биологическую рулетку, пока развитие паровых машин не сделало сжигание топлива экономически целесообразнее гибели экипажей.

Сладкая ложь: как аллюлоза спряталась от этикеток и начала кормить опасные бактерии

Модный заменитель сахара аллюлоза, который американские регуляторы позволили скрывать на этикетках, оказался опасным для здоровья. Этот неусваиваемый подсластитель повышает уровень холестерина, вызывает расстройства ЖКТ и становится идеальным кормом для смертельно опасных супербактерий.

Призраки на двух колесах: почему ни да Винчи, ни крепостной Артамонов не изобретали велосипед, а физики 140 лет спорят, почему он не падает

История изобретения велосипеда полна мифов — от эскизов Леонардо да Винчи до подвигов крепостного Артамонова, но на деле этот транспорт появился из-за климатической катастрофы и массового падежа лошадей. Рассказываем, как немецкий барон Карл Дрез заменил лошадей двухколёсной машиной и почему физики до сих пор не могут объяснить, почему велосипед не падает на ходу.