Я люблю бегать.

Даже так: Я ЛЮБЛЮ БЕГАТЬ!

При этом если я выхожу бежать, то очень очень редко я пробегаю меньше 10 км за один раз. Мне нравится и процесс и результат.

Я обязательно напишу как начал и как рекомендую начинать, но сегодня есть повод написать при самый, на мой взгляд, безумный вид бега - backyard ultra.

Backyard ultra придумал Гэри “Lazarus Lake” Кантрелл - безумный автор другой ультрагонки, которую завершили всего 26 финишеров с 1995 по 2025 год.

Идея очень простая: один раз в час со стартовой линии выбегают все участники соревнований. Пробежать за час нужно ровно один круг длиной 6706 метров. Соревнующиеся могут бежать очень быстро и прибежать за условные 20 минут, а потом 40 минут отдыхать. Или можно разложиться на весь час и неторопливо плюхать 59 минут, но важно одно: вместе с новым гудком через час - снова старт и снова эти самые 6,7 км. Забег продолжается пока не останется один. И этот один должен пробежать еще круг уже в одиночку.

Мировые рекорды на сегодня:

  • Фил Гор из австралии пробежал 119 кругов (798 км) в июне 2025 года.
  • Сара Перри из Великобритании держит женский мировой рекорд в 95 кругов (637 км), также установленный в 2025 году.

Я же вспомнил именно сегодня потому что наблюдал в телеграм канале забега в Йошкар-Оле развязку забега, который начался 7 марта 2026 года. На 83 круг убежал один спортсмен под 15 номером Шарков Вадим.

Я много слышал, читал и видел об этом виде забегов, но считаю их одним из самых безумных способов провести время и на сегодня не готов даже рассматривать для себя этот вид удовольствия. Backyard ultra вызывает у меня жесткую ассоциацию с «Долгой прогулкой» Стивена Кинга. Оба явления вырывают человека из привычной спортивной (или жизненной) парадигмы, где есть финишная черта, и бросают в пространство «неизвестной бесконечности».
ChatGPT Image Mar 10, 2026 at 11_14_31 PM.png

Финиш как мираж

В обычном марафоне финиш — это спасение. Ты можешь рассчитать силы: «осталось 10 км, я потерплю». В Backyard и в «Долгой прогулке» финиша не существует как точки в пространстве. Он существует только как психофизический предел человека, идущего/бегущего рядом.

Это меняет химию страха. В «Долгой прогулке» мальчики сходят с ума не от дистанции, а от того, что дорога уходит за горизонт, и завтра она будет там же. В бэкярде каждый новый круг — это возвращение в ту же точку, «День сурка» на стероидах. Неизвестность момента окончания лишает тебя возможности планировать финишный рывок. Ты должен бежать в темпе, который теоретически может длиться вечно.

Парадокс «Соперника-Спасителя»

В бэкярде: Чтобы пробежать 100 кругов, тебе нужен кто-то, кто пробежит 99. Твой злейший конкурент — это твой единственный союзник. Если он сдастся на 50-м круге, ты не станешь великим чемпионом, ты просто станешь «победителем с результатом 51». Ты буквально молишься на то, чтобы твой соперник был сильным.

В «Долгой прогулке»: Гэррати и Стэббинс нуждаются друг в друге, чтобы продолжать идти. Смерть каждого идущего рядом приближает финал, но она же лишает прогулку смысла и темпа. Как только ты остаешься один — игра окончена.

Это «соревновательное сотрудничество». Ты должен подстегивать врага, чтобы он не давал тебе остановиться. Ты зависишь от воли другого человека больше, чем от своей собственной.

Смерть амбиций и переход к выживанию

В книге Кинга герои начинают с мыслями о Призе, о славе, о будущем. Но через сотни миль всё это стирается. Остается только следующий шаг. В Backyard происходит то же самое. Первые 12 часов — это спорт. Вторые 24 часа — это стратегия. Всё, что после — это чистая метафизика. Когда ты не знаешь, сколько еще (час или трое суток), мозг отключает категорию «будущего». Ты превращаешься в биологический автомат. Именно здесь сходство с персонажами Кинга становится максимальным: они переставали быть личностями и становились просто «ногами, которые движутся».

Психологическая ловушка «Ассиста» (The Assist)

В мире Backyard есть термин «Assist» — человек, занявший второе место. По сути, он и определяет масштаб подвига победителя.

  • Если ты победил, потому что второй сломался на 20-м круге — ты просто «ок».
  • Если ты победил, потому что второй пробежал 80 кругов — ты легенда.

В «Долгой прогулке» Стэббинс выступал в роли такого вечного «ассиста». Он был тем фундаментом, об который разбивались остальные. Трагедия в том, что в этой системе рекорд принадлежит двоим, но достается одному. Один получает «Приз» (или жизнь), а второй — технический DNF (Did Not Finish).

Горизонт событий

Кинг описывает, как мир сужается до ширины дороги. В бэкярде мир сужается до 6.7 километров и 60 минут.

Главный ужас (и драйв) обоих процессов в том, что ты не можешь «отмучиться» быстрее. В марафоне ты можешь прибавить ходу и оказаться дома пораньше. В бэкярде и Прогулке ты не можешь ускорить финал. Ты можешь только замедлить его, если ты силен, или приблизить, если ты сдаешься.

Backyard Ultra — это легальная и добровольная версия «Долгой прогулки».

Это соревнование, где победа — это побочный эффект чужого поражения. Ты не выигрываешь у дистанции (она бесконечна), ты не выигрываешь у времени (оно циклично). Ты просто остаешься последним свидетелем того, как сломался человек, который помогал тебе строить твой рекорд.

Это высшая форма экзистенциального спорта: ты нуждаешься в ком-то, кого ты обязан победить, и ты должен желать ему «здоровья и долголетия» на трассе, чтобы самому достичь своего предела.


165

Комментарии (0)

Читайте также:

Бастилия: как французы штурмовали пороховой склад и получили национальный праздник

14 июля Франция отмечает День взятия Бастилии, но реальность этого события сильно отличается от привычных мифов о героическом штурме. Мы рассказываем, зачем толпа на самом деле шла к крепости, кто сидел в камерах и как хаотичный бунт превратился в национальный символ благодаря политическому компромиссу. Узнайте, почему для государственности важнее красивая легенда, чем сухие факты.

Орбитальный тупик: как космический мусор закрывает человечеству дорогу к звёздам

Околоземная орбита стремительно превращается в свалку, способную запустить цепную реакцию и навсегда закрыть человечеству путь к звездам. Текст разбирает механику синдрома Кесслера и объясняет, почему очистка космоса от мусора сегодня стала важнее и перспективнее колонизации Марса. Мы выясняем, как обычный металлолом превращает небо в непроходимую клетку и есть ли у нас шанс избежать орбитального тупика.

История возникновения мотошлема. Десятки лет бредовых сертификаций

Это история эволюции мотошлема: от бесполезных кожаных кепок до современных систем, спасающих мозг от смертельного вращения. Вы узнаете, как десятилетия бюрократических ошибок и громкие трагедии заставили инженеров превратить шлем из «брони» в сложный демпфер, приносящий себя в жертву ради жизни райдера.

От стремени до шпильки: история каблука как военной технологии и инструмента социальной сегрегации

История каблука — это путь от функционального военного снаряжения персидских всадников до статусного аксессуара, ради которого современный человек готов жертвовать здоровьем. Статья рассказывает, как инструмент для стрельбы из лука превратился в символ аристократической праздности и почему шпильки остаются главным бастионом нерациональной моды.

Время — деньги: Форд и Рокфеллер сто лет спустя

В обзоре сборника мемуаров Генри Форда и Джона Рокфеллера автор показывает, что большинство современных управленческих трендов — это просто хорошо забытое старое. Плоские иерархии, зарплаты выше рынка, инклюзивный найм и юнит-экономика успешно работали на американских предприятиях еще сто лет назад. Текст о том, как реальные практики бизнеса обходили академическую теорию и почему их опыт до сих пор актуален.